Новоиспеченный министр социальных дел считает что пожилые люди могли бы получать ежемесячную прибавку к пенсии под залог своей недвижимости


Новоиспеченный министр социальных дел считает, что пожилые люди могли бы получать ежемесячную прибавку к пенсии под залог своей недвижимости


— Вы один из богатейших людей Эстонии, под вашей ответственностью в Министерстве соцдел сосредоточено 40 процентов госбюджета, то есть почти три миллиарда евро. А размер семьи, ожидающей от вас денег, равен без малого 1,3 млн человек. Однако реальность такова, что эстонское государство в состоянии раздать лишь немного денег на карманные расходы. Есть ли у вас на этот случай чудодейственное средство?

— Нет, эти деньги поступают лишь за счет работы и службы тех самых  1,3 млн человек. У нас в министерстве, да и у государства в целом нет для распределения никаких других денег, за исключением кое-каких евросубсидий, квот на СО2 и т.д.

Самое ответственное дело — это найти тех людей, которые нуждаются в государственном субсидировании. Во все времена мы старались изменять эту систему в том направлении, чтобы среди людей, получающих пособия, были в первую очередь те, кто в этом более всего нуждается. Например, необходимые детские пособия. Наша задача — заниматься теми, кто рискует оказаться или живет за чертой бедности.

— Вопрос не только в тех, кто живет очень бедно, кто стар, слаб или имеет низкий образовательный уровень, все чаще бедствуют и те, кто работает, образован, во всех отношениях люди среднего достатка. Прожить становится все труднее.

— Я не совсем согласен с тем, что трудности нарастают. Точнее было бы сказать, что положение улучшается не с такой скоростью, которую мы привыкли ожидать. Экономический рост был более медленным, чем в хорошие годы, которые мы продолжаем вспоминать с умилением.

— Два-три года назад нашей самой большой проблемой была высокая безработица. Те изменения, которые за последний год наблюдались по части безработицы были совершенно явно положительными.

— По сравнению с пиком безработица у нас уменьшилась в 2,5 раза. В совете Кассы страхования от безработицы мы обсуждали, как обстоят дела у наших основных партнеров по экспорту, от которых зависит, сможем ли мы в следующем году вести речь о продолжении снижения безработицы или же нам придется беспокоиться по поводу изменения тенденции. Мое внутреннее чутье подсказывает, что безработица может и дальше снижаться, и жители Эстонии могут  быть по этой части оптимистами.

— В какой-то момент у людей вдруг образовалась  в бюджете значительная дыра, которую нужно залатать в первую очередь. Я разговаривала со знакомым пенсионером, который живет со взрослым ребенком-инвалидом, и выяснила, что обе их пенсии составляют в совокупности 500 евро. По его словам, несколько лет назад он мог немного денег откладывать на тот случай, если в хозяйстве что-то окончательно выйдет из строя; теперь же про запас  у него ничего не остается.

— Согласен.  Пенсии, однако,  не понизились, а вот зарплата в какой-то момент уменьшилась. В следующем году можно быть более оптимистичным в отношении и зарплат, и пенсий. Для того, чтобы зарплаты и пенсии могли расти еще быстрее, совершенно необходим экономический рост. Половина  роста нашей экономики обусловлена тем, что эстоноземельцы —  очень работящие, очень сообразительные, и мы можем наращивать свою экономику даже тогда, когда общая экономика стоит на месте.

Разумеется, в социальной сфере за счет изменения деталей так же можно улучшать положение людей. Например, в первом полугодии следующего года планируется представить продуманную концепцию трудоспособности.

Если сейчас мы говорим о нетрудоспособности, то мы хотим переосмыслить это таким образом, чтобы все люди, желающие активно участвовать в трудовой жизни, имели поддержку со стороны государства. Чтобы никто не чувствовал, что его на рынке труда не ждут.

Долговременно нетрудоспособными у нас считаются 90 000 человек, или 15 процентов рабочей силы. Вовлечение этих людей в работу крайне важно как для них самих, так и для всего общества.

— Вернемся к Министерству соцдел. Система трещит по швам. Пенсионная касса находится в глубоком минусе — не хватает почти миллиарда; в здравоохранении, то есть в Больничной кассе, потихоньку расходуют резервы и говорят, что к 2020 году ситуация станет критической, не говоря уже о нетрудоспособности. Вся система нуждается в принципиальных изменениях. Сказал ли вам премьер-министр Андрус Ансип, каковы ваши полномочия? Мол, подготовьте жесткие решения, чем бы это ни обернулось для нас на выборах?  

— Ничего не сказал. Мои коллеги, бывшие министры соцдел, с пятерыми из которых я успел встретиться (перечисляет: Ханно Певкур, Марет Марипуу, Тоомас Вилозиус, Эйки Нестор и Тийу Аро, которая сейчас в Министерстве соцдел исполняет обязанности канцлера), сказали: в первые недели от министра не ждут плана реформы, которая изменит весь мир.

В то же время очевидно, что в социальном секторе особо ощущается стремление к более эффективному, точному и справедливому распределению денег. Тут я вновь приведу в пример детские пособия, основанные на потребностях, которые бурно обсуждались в парламенте.

— Но все-таки это лишь косметическое изменение!  

— На мой взгляд, это очень важно, в том числе из-за принципа и прецедента. Для семьи, которая по каким-то причинам живет ниже черты бедности, почти сто евро в месяц  дополнительно  — это существенные деньги. Выбор очень простой: либо немного повысить детское пособие для всех, либо повысить только для определенной части людей.

В демографическом плане важно и то, что к числу получателей более высокого пособия мы добавили семьи, в которых воспитываются трое детей. По эстонским меркам семья с тремя детьми означает, что это большая семья, но должно ли означать? Трое детей могли бы быть нормой, и мы могли бы стремиться к ситуации, в которой три ребенка — это обычное явление.

 — Предпосылкой для этого является чувство надежности и уверенности, однако все больше людей говорят, что это чувство исчезает.

— Полностью согласен. Тут действует та же логика: чувство надежности нужно повышать среди тех, кто больше всего нуждается в этом. Я помню проведенное в 2002 году исследование ООН, в результате которого был сделан вывод, что через 50 лет в Эстонии будет жить на полмиллиона людей меньше, чем сейчас.

Как показали результаты исследования, если в молодой семье два человека работают и регулярно выплачивают жилищный кредит или автомобильный лизинг, то когда один из них остается дома, чувство надежности резко падает. Из этого и произросло родительское пособие. Если добавить к этому общий рост экономического благосостояния, то с кризисом пошатнулось и это чувство уверенности — это видно по снижению уровня рождаемости в последние годы.

 — Когда-то ведь наступает предел, женщины — это не машины, производящие потомство!   

— Согласен, но мы все-таки можем влиять на этот предел. Формировать общественные ценности очень трудно, однако мы могли бы сформировать позицию — в эстонской семье непременно должно быть трое детей.

 — Все это хорошо, однако если один из членов семьи вдруг заболеет, то вся красивая модель рушится. От вашего министерства ждут, скорее,  решения таких ситуаций. То, что происходит в момент рождения ребенка, организовано.

— На самом деле и эта проблема знакома. В дальнейшем чувство надежности семьи укрепляется разными способами — в первую очередь это базовое образование и детсадовская услуга.

 — Тема семей с детьми близка вам, поскольку и у вас есть маленький ребенок. Но каковы ваши отношения с пожилыми людьми и теми семьями, которые ухаживают за людьми с особыми потребностями?

— Любовь к семейной теме и теме безработных происходит, скорее, из моей прежней работы. В бюро министра народонаселения я занимался семейной политикой, а с вопросами безработицы мне приходилось иметь дело в качестве председателя финансовой комиссии Рийгикогу.

Глава Больничный кассы Меэлис Паавел регулярно приходил знакомить нас с ситуацией. Однако и тема благополучия пожилых людей мне не чужда. Когда я работал старейшиной части города Хааберсти, там образовался неофициальный совет мудрецов, который взял меня под свою опеку.

 — Сколько лет вам тогда было?

— 24 года (сейчас Таави Рыйвасу 33. — А. А.).   В клубе пожилых Raudrohi в Хааберсти есть два почетных члена: один из них — Ингрид Рюйтель, а второй — это я, и я чрезвычайно горжусь этим. Они приняли меня как своего. Для меня важны их советы, так же, как и советы моих близких — я общаюсь с дедушкой со стороны матери и с бабушкой со стороны отца, и прислушиваюсь к их мнению.

Есть еще одно обстоятельство, которое беспокоит практически всех — это то, что одиноким пенсионерам живется намного труднее, чем тем, которые живут вдвоем.

— Одна пенсия меньше, чем две!

— Точно, это сказывается и в оплате коммунальных платежей и во всем остальном. Радикальные решения найти трудно, но у меня есть некоторые идеи. Одну из них я, к примеру, протестировал на пожилых жителях Ыйсмяэ. Во всем мире распространена так называемая прибавка к пенсии под залог недвижимости.

Пенсионер не должен оставлять недвижимость неизвестным наследникам, и может сам за счет нее получать ежемесячную прибавку к пенсии, которую может использовать, например, для покрытия коммунальных расходов. В то же время это дает гарантию, что он сможет до конца жизни жить в своей квартире.

— Вы считаете, что банк или страховое общество может согласиться выкупать недвижимость по частям?

— Это могла бы быть одна из возможностей — совершенно добровольная. Но многие не доверяют подобным услугам.

 — Это должно быть очень надежно и твердо гарантировано.

— Есть вариант: на первом этапе это мог бы организовать, к примеру, государственный фонд Kredex. Там этот вопрос уже обсуждался на уровне идеи. Я рассказал об этой системе нескольким пенсионерам, и меня удивило, насколько положительно они отнеслись к этому.  

 — Значит, идея в том, что пенсионеру не стоит бедствовать, владея дорогой недвижимостью, чтобы в конце концов завещать ее детям?

— Это тоже очень серьезный вопрос. К сожалению, в переходный период у людей помоложе стартовая позиция была лучше, чем у нынешних пенсионеров. И я считаю, что пожилые не обязаны оставлять молодым что-то в наследство. В эмоциональном плане я понимаю, что для многих это важно. Если же рассматривать ситуацию в разрезе поколений, то мое поколение и поколение моих родителей, которым сейчас за 50,  очень многим обязаны нынешним пенсионерам. Скорее, мы должны помогать им.

 — Все, что делал Ханно Певкур и пытался организовать, — это нормальные и нужные вещи. Однако важные решения могли бы быть в такой стадии готовности, чтобы будущее выглядело как-то яснее. Вы готовы принимать решения?  

— Сейчас я вхожу в курс дела, знакомлюсь с деталями, не только на бумаге, но и в реальной жизни. На этой неделе я собираюсь ознакомиться с некоторыми больницами, и запланировал для каждой из них несколько часов.

 — Что за фортель выкинул Ханно Певкур, отправив в последний день работы письмо с предложением об объединении больниц в горуправу?

— Я не думаю, что это был фортель. Это предложение Ханно сделал исходя из своего убеждения, и оно отнюдь не ново. В каком-то смысле я ценю то, что опытный министр сделал предложение в свой последний день работы, поскольку новый  не сможет сделать подобное предложение в первый же день.

По бумагам я знаком с этой идеей и неоднократно обсуждал ее с Ханно. Но чтобы сформировать свою позицию, я должен обойти больницы и поговорить с людьми. Мы не говорим, что ту или иную больницу нужно закрыть.

Речь идет о том, чтобы за счет сокращения дублирования и за те же деньги повысить качество услуг и улучшить условия работы персонала.

В случае с таллиннскими больницами проблема, скорее, состоит в том, что идея может быть логичной, однако столичные власти не принимают решений, которые нравятся на Тоомпеа. Жаль. Все-таки есть какие-то вещи, в которых нужно суметь преодолеть противостояние Таллинна и Тоомпеа. 

Что говорить о государстве, если не доверяешь даже своему организму. (Сергей Мырдин)
Теги: , , .
Материалы возможно не похожие на

Новоиспеченный министр социальных дел считает что пожилые люди могли бы получать ежемесячную прибавку к пенсии под залог своей недвижимости

но не менее значимые



Напишите что Вы думаете по теме ... | Новоиспеченный министр социальных дел считает что пожилые люди могли бы получать ежемесячную прибавку к пенсии под залог своей недвижимости

Ваш Email не публикуется. Обязательные поля помечены *

*
*